Эмиграция в Чехию. Переезд в Карловы Вары

Страна и город, в которую переехали: Чехия, Карловы Вары (Карлсбад).

Год переезда: 2011

Имена и возраст переехавших: Игорь (41 год), Наталья (39 лет), Дмитрий (12 лет).

Прекрасная, далекая, незабываемая Чехия! Знаменитые мосты Праги, маленькие уютные бары, каменные мостовые, которым несколько сотен лет, раскидистые вязы в три обхвата… Это даже звучит так, что хочется бросить все и отправиться туда немедленно! А если однажды там побывал — очень трудно смириться с тем, что путешествие в страну мечты, где ты, казалось, и должен был родиться и жить, случилось один раз и больше не повторится. Но, впрочем, обо всем по порядку.

Меня зовут Игорь, мне 41 год, я математик-программист по образованию, но подходящей работы по специальности у меня не было уже давно. Неуступчивый, принципиальный характер сделал меня ненужным участником коллектива, в котором я проработал лет десять… В другие фирмы не взяли, по той же причине. Я не слишком расстроился: у меня прекрасная семья (жена и 12-летний сын Димка), умная голова, умелые руки, какой смысл обивать пороги недружелюбных контор? Пора открывать собственное дело! Немного посоображав, я пришел к выводу, что заниматься надо тем, что любишь — иначе это будет не бизнес, а просто еще одна каторга. А люблю я в основном две вещи: программирование и автомобили. В общем, решил открыть свой маленький автосервис. Арендовал гараж, зарегистрировался индивидуальным предпринимателем, нанял своего бывшего одноклассника механиком-автослесарем… Эх. Хорошая была задумка: друг мой Павел — автослесарь, жена — бухгалтер (вообще-то она шьет, но, думал, сможет и бухгалтерию крохотной фирмы освоить), а я сам — директор и при необходимости второй механик. Но, что называется, гладко было на бумаге.

С тонкостями бухгалтерии маленького ИП разбирались мы с моей Наташкой вместе, обложившись книжками и перекопав весь интернет. Вроде бы все поняли, во все вникли… Но, смотрю, всякий раз после возвращения из налоговой она выглядит какой-то хмурой, насупленной. Потом стала приходить в слезах — раз, другой. Потом пришло письмо с уведомлением о штрафе за просроченную декларацию. Я плюнул с досады и освободил от обязанностей своего бухгалтера, сказав: все, сиди дома, с налогами, платежами и декларациями буду разбираться сам.

Через месяц я сам уже чуть ли не рыдал от отчаяния. Мощи моих математических мозгов катастрофически не хватало, чтобы разобраться в запутанном клубке все время меняющихся нормативных актов. Штрафы и пени сыпались как из ведра. Пока я разгребал эту растущую гору документов, заниматься самим бизнесом было, естественно, некогда. Паша оказался ненадежным партнером, все чаще меня подводил.. я не знал, что делать. Руки опускались. На оставшиеся от этого проекта деньги я закрыл не оправдавший надежд бизнес, рассчитался с арендой и купил путевку на троих в Карловы Вары — отдохнуть, хоть ненадолго выбросить из головы всю эту суету, а там что-нибудь придумаем. Почему именно Карловы Вары, или Карлсбад, как его иногда называют? В принципе, нам было все равно, куда ехать. Наташа предлагала Малайзию или Таиланд, я мечтал забраться в какую-нибудь дремучую скандинавскую глушь и чтоб туда не долетал ни один телефонный звонок.. но Димка принес из школы диск с фотографиями, взятый у одноклассника, который пару лет назад побывал в Чехии с родителями, и это решило дело. Увидев россыпь разноцветных крыш на фоне мохнатых зеленых холмов, я твердо решил: едем именно туда, невзирая на то, что уже зима.

В древнем, прекрасном, заснеженном Карлсбаде, похожим на рождественскую открытку, мы с Натальей и Димой оказались почти под новый, 2011 год. Да, не сезон. Но продолжать тихо сходить с ума от безысходности в сером российском городе было выше наших сил. Мы решили — будь что будет, подарим себе хоть пару недель сказки! И ни разу не пожалели об этом. Карловы Вары встретили нас тихим, пушистым снежком, легким морозцем и удивительно вкусным, свежим ветром. Я вдохнул этот воздух, такой непохожий на затхлую гарь родного города, и в голове будто что-то щелкнуло: я хочу здесь жить. Жить, работать, растить детей. Я хочу, чтобы мой сын вырос здесь. И я сделаю все, чтобы это стало явью.

Две недели в Чехии пролетели, как сон. Наряжая настольную серебристую елочку в номере отеля билетами, кредитками и клипсами жены вместо новогодних шариков, я весело подмигнул насупившейся семье: не переживайте, мы сюда еще вернемся! И первое, чем я занялся сразу после возвращения — начал выяснять, что же нам понадобится, чтобы переехать в полюбившийся город навсегда.

Как выяснилось, это не настолько трудно, как кажется. Застарелые стереотипы «русским за границу путь заказан» и «куда ж нам в европы-то!» мешают гораздо больше, чем реальные юридические препятствия. Но нам терять было особо нечего. Я выяснил, что существует два основных, самых распространенных способа получить вид на жительство в Чехии: приехать туда по так называемой «рабочей визе» или оформить ведение чешского бизнеса, открыв там какую-нибудь фирму. Предложений от иностранных работодателей ждать не стоило — кто меня там знал? Покупать недвижимость в Карловых Варах (тоже неплохой вариант получения гражданства) наугад не хотелось, оставалась только бизнес-виза. Честно скажу, после обидной неудачи с бизнесом в России начинать все то же по второму кругу было страшно. Но, раз уже решил… В общем, я нашел множество компаний, за определенную плату помогающих будущим русским гражданам Чехии собрать нужный пакет документов и оформить вид на жительство. Я выбрал наугад ту, которая выглядела наиболее солидно (и по поводу которой у меня были кое-какие отзывы от знакомых). Как оказалось впоследствии — переплатил почти вдвое, но в тот момент я особо об экономии не задумывался. Меня попросили заполнить анкету и достать некоторые документы, самым странным из которых, на мой взгляд, оказалась справка о несудимости. Там, где мне ее выдавали, на меня смотрели с полным недоумением: солидный мужчина в дорогих очках просит подтвердить, что он никого не грабил и не убивал… Немного осложнила дело необходимость иметь внушительную сумму денег на счету, которая должна была подтвердить чешским властям серьезность наших намерений. Но, в итоге, нам удалось решить и эту проблему. Изрядно побегав по нотариусам и став счастливым обладателем кучи бумаг на двух языках и свежеиспеченной частной фирмы в Чехии, я отправил все документы представителям фирмы-посредника и приготовился ждать. Эти два с половиной месяца томительного ожидания.. Иногда казалось, они никогда не кончатся. Я смотрел в окно, на серый грязноватый снег, и гадал: увижу ли я когда-нибудь еще первый снежок на чистом льду Теплы?

Когда ближе к концу марта мне позвонили и сказали, что нужная виза получена, я даже не сразу понял, о чем речь. Дважды переспросил: точно получена? Я могу ехать в Чехию? Правда могу?

— Можете, можете, езжайте, — со смехом ответил приятный женский голос. Я положил трубку и даже подпрыгнул от восторга, перепугав Наташку и сонного сына. Мы едем! У нас получилось! Мы едем в Чехию!

Когда первый радостный шок немного отступил, встал вопрос: что брать с собой? Везти всю мебель, вещи, книги или отправляться налегке, наудачу? Я настаивал на втором варианте, но жене было жаль расставаться с бабушкиным сервизом, вязаными скатертями, детскими игрушками сына… В итоге, решили: возьмем основную мебель, документы и все памятное и ценное, что будет напоминать нам о России. Еще два месяца ушли на окончательное утрясание всех формальностей и сборы. Я метался по расцветающим улицам, как оглашенный, и фотографировал на память все подряд. За это короткое время я наснимал, наверное, больше, чем за всю свою жизнь. Снимал улицы, машины, прохожих, каких-то совсем случайных людей, витрины, газеты в киосках. Сейчас я пересматриваю эти фото, сделанные второпях, на бегу, и чувствую что-то вроде легкой ностальгии.. но ни малейшего желания вернуться. Все было сделано правильно. Димка не выпускал из рук русско-чешский разговорник и поражал учителей длинными тирадами на языке, который обещал стать для нас родным. Учеба, конечно, пошла у него кое-как, это и понятно — всеми мыслями парень был уже не здесь. Но я сказал ему: послушай, ты уже большой. Ты прекрасно понимаешь, что мы уезжаем жить в другую страну, в таких серьезных делах расхлябанность может все испортить. Если у тебя будут плохие оценки, нам будет очень трудно устроить тебя в приличную чешскую школу.

Димка шмыгнул носом, кивнул и сказал, что подналяжет на запущенные им предметы. И правда, подналег: к концу шестого класса по всем предметам у него были четверки, а по математике — твердая пятерка (в меня, видимо, пошел). Чтобы с его школьными документами не возникло вопросов (по всем прикидкам мы должны были уехать еще до завершения учебного года), я сам сходил к директору, объяснил ситуацию и попросил оформить все нужные бумажки немного раньше. Директор пошел мне навстречу: годовые оценки Диме вывели чуть ли не на месяц раньше всех его одноклассников. Но тот факт, что он может уже в общем-то и не учиться, мы решили от сына скрыть, чтобы он на радостях не забыл о школьной дисциплине вообще. По вечерам мы складывали в картонные коробки хрупкие пожелтевшие карточки семейного фотоархива и боялись дышать, чтобы наша чешская мечта не сорвалась в последний момент.

В середине мая мы, с тремя чемоданами вещей и застрявшей где-то на польской границе фурой с мебелью, ступили на чешскую землю уже почти что ее гражданами. Карловы Вары встретили нас белыми облаками яблоневого цвета и ярким голубым небом. Я огляделся вокруг, посмотрел на счастливую жену с сыном и понял: мы приехали домой.

Остановились мы в том же отеле, где почти полгода назад наряжали елочку чем попало, только в другом номере. Я сразу позвонил в ту фирму, которая так помогла нам с переездом. О жилье мы позаботились заранее: сняли квартиру, пока сроком на полгода, в тихом районе города. Выбирая жилье, мы, согласно старинной примете, выбирали не дом, а соседей и не прогадали. Рядом с нами проживали две русские семьи, а пока мы оформляли все документы, к ним добавилась третья. Но найти нужную улицу и дом в городе, у которого ты видел только «туристический фасад», не так-то просто! К счастью, представители фирмы оказались на высоте и устроили самую настоящую экскурсию по нетуристическому Карлсбаду, показав не только наш район и прилегающие улицы, но и как туда проехать. Ключи от квартиры были у нас на руках, оставалось только пообщаться с местной полицией, проставить печати в документах и все, въезжай и живи! Но все наши вещи, кроме дорожных, скучали где-то в Польше. Поэтому мы просто походили по небольшой уютной квартире, познакомились с соседями, купили несколько рогаликов в булочной на углу и отправились обратно в гостиницу — ждать прибытия груза.

Груз прибыл только на пятый день и, к счастью, оказался в полном порядке. Наши новые русские соседи помогли нам перетащить самые громоздкие и тяжелые вещи. Старинную и, по иронии судьбы, чешскую хрустальную вазу, помнящую падение Союза, мы торжественно водрузили на самое почетное место, а Димка сбегал вниз на улицу и принес несколько веточек цветущей яблони. Мы составили нераспакованные коробки горкой и уселись на них вокруг этих веток, установив фотоаппарат на автоспуск. (Сфотографироваться сразу по прибытии никто из нас как-то и не подумал). Раздался щелчок. «Эта фотография будет передаваться из поколения в поколение в семьях русских чехов!» — пафосно заявил я, неаккуратно встал с коробки и.. опрокинул раритет прямо на пол. Жалобный звон хрусталя, лужа на полу, дождь белых лепестков… К счастью! — в один голос воскликнули Наталья с Димой. К счастью, конечно. Никто и не сомневался.

Признаться, я думал, что побегать при оформлении бумаг уже в Чехии придется прилично. Но, на удивление, особой беготни не понадобилось. Все документы были в порядке, а те, что недоставало — дооформили прямо тут. Неожиданностью оказалось только то, что сына в ожидаемый седьмой класс.. не приняли. Оказалось, что детей только что прибывших иностранцев записывают в школу на класс ниже, чем они учились в России, чтобы дать им возможность получше изучить незнакомый школьный быт и адаптироваться. Это правило соблюдается железно уже много лет, спорить с ним бесполезно. Исключения делают только для старшеклассников, приезжающих доучиваться в Чехию по специальным программам. Так наш шестиклассник Димка вместо седьмого пошел снова в шестой класс. Сначала он надулся: такие старания в родной школе, и все зря, теперь он чешский второгодник? Но когда я объяснил ему смысл этого и добавил, что он точно будет учиться лучше всех, ведь программа-то уже знакомая — мальчишка повеселел. Педагоги новой димкиной школы, к которым мы привели его на собеседование, отметили: мальчик смышленый, сообразительный. Немного зажатый, но это естественно для иностранца… А то, что мы приехали в мае — это очень удачно, потому что начинать ходить в школу в конце учебного года смысла не имеет, пусть новый русский ученик спокойно отдыхает на каникулах, в сентябре ждем на занятия. А пока походите к репетитору, подучите язык, потом проще будет общаться с другими детьми. Я подумал, согласился и попросил телефон еще одного учителя чешского — для взрослых. Того, чему я смог научиться, пока ждали визу, катастрофически не хватало, и это стало очевидно почти сразу.

С работой получилось забавно… Оформляя документы на фирму в Чехии, я предполагал, что буду заниматься примерно тем же, что и в России: что-нибудь, связанное с машинами и автосервисом. Но найти помещение под задуманный бизнес здесь оказалось сложнее, чем я думал (или это просто мне не везло.) Проведя пару-тройку недель в бесплодных поисках, я решил пока устроиться на другую работу, а бизнес продвигать потихоньку, параллельно. Наши замечательные соседи, принимавшие живейшее участие в нашем обустройстве, подсказали, что через две улицы отсюда кто-то набирает русскоговорящих специалистов. Мы с Наташей решили прогуляться до этой улицы и посмотреть, что там такое. Был чудесный летний вечер, над крышами домов носились ласточки… Мы пришли к дверям небольшого офиса парой безработных эмигрантов. А ушли оттуда уже практически нанятыми специалистами! Редкое везение, я считаю. Но самое смешное, что меня взяли на работу… программистом! Да-да, в другой стране я неожиданно нашел работу по давным-давно брошенной специальности. К счастью, мне нужно было приступать к своим обязанностям не прямо там же и тогда же, а подождать, пока уволится их действующий программист. Он заканчивал какой-то сложный проект и не мог уйти, бросив недоделанное дело. Время, чтобы вспомнить навыки и потренироваться, у меня было. В общем, в начале сентября мы с сыном вышли из дома одновременно: он — впервые в школу, а я — первый раз на работу. Наташа к тому времени уже пару месяцев работала закройщицей в ателье, которое было филиалом другой фирмы этого же владельца. Не совсем на той же улице, здесь наши соседи слегка ошиблись, но тоже близко. Карловы Вары — это ведь не такой уж большой город.

В общем, прошло уже больше года, как мы живем в городе, который казался почти недосягаемой сказкой. Город-курорт, европейская здравница, мечта любого туриста — а мы здесь живем! Мы, карлсбадцы.. ну, или карлово-варцы, хотя это довольно смешно звучит. Визу, которую нам выдали, приходится время от времени продлевать, но пока с этим не было никаких проблем, ведь мы не нарушаем чешских законов. После пяти лет проживания в Чехии мы сможем подать документы на ПМЖ, сроком на десять лет. А если и пятнадцать лет спустя нам не захочется отсюда уезжать, мы сможем стать уже стопроцентными чешскими гражданами. Мне почему-то кажется, что уезжать не захочется… Вспоминая родину, я изо всех сил пытаюсь быть объективным, но не могу. Серые бетонные «панельки», серое небо, серый снег, вечно хмурые лица не вызывают никакого желания видеть их снова. Здесь, в Чехии, даже неулыбчивого прохожего не тянет спросить, что за гадость он съел на ужин и почему так обижен на жизнь. Лица людей могут быть разными — добрыми, счастливыми, немного озабоченными, но они всегда спокойны. Это спокойствие человека, который не боится за свое будущее. Это уверенность гражданина древней и достойной страны.

Я по-прежнему работаю программистом в той же фирме, в которую устроился, только приехав в Чехию. Помещение под будущую шиномонтажную мастерскую уже оборудовал, но она пока не работает: присматриваю надежных работников, внимательно изучаю чешское законодательство по части ведения бизнеса. Думаю, официально открываться будем уже в следующем году. Сын учится, носит из школы двойки и тройки (здесь это хорошие оценки), зимой пару раз ездил с классом в Прагу на экскурсию, и за город, кататься на лыжах. Занял первое место в лыжной гонке по району среди своих ровесников, очень этим гордится. Наташа работает в ателье, шьет на заказ пальто и шапки, улыбается: здесь они считаются зимними, в России бы сошли за демисезонные. На морозы и сугробы предпочитаю смотреть по телевизору, хотя в снежную погоду тут тоже наметает прилично. Недавно приезжали друзья из России, я водил их по своему городу, как заправский гид, и показывал самые интересные уголки, которые так просто туристу не найти. Говорили, что у меня появился местный акцент. На самом деле, беседовать по-чешски с местными жителями я еще стесняюсь, хотя они говорят, у меня хорошо получается. А самое главное — здесь я чувствую себя человеком, я спокоен за будущее моих близких и знаю: это чувство уже никогда не пропадет. Это всерьез и надолго. Скорее всего, навсегда.                                                                                        

Перейти в полный режим