Чао, Север! С любовью, твоя …

Наконец-то, уезжаю из города от этих длинных зим. Мудрые китайцы полагали, будто лучшее, что человек может сделать – это посадить сад 20 лет назад. Если же вы этого не сделали, то лучшее – посадить его сегодня. Какие они молодцы, что оставили мне надежду на «сегодня»! Когда уезжала после окончания университета из Москвы в Сибирь, не думала, что задержусь здесь надолго. И вот уже больше четверти века работы «в районах, приравненных…» Здесь создала семью, вырастила дочь, ушла из семьи, воссоединилась с давно любимым человеком. Через пару лет смогу выйти досрочно на пенсию, чтобы вырастить, наконец, свой сад…

Андрей прилетел вчера, чтобы помочь мне перебраться. Решено почти ничего не брать – только то, что сможем увезти с собой. Слава всем таежным богам — дали ума не обрастать вещами. Хотя все равно за два года порядком добра накопилось – не жить же мне было в пустой квартире. Муниципальную однушку в новом доме дали почти сразу, как специалисту. Это чистая удача, хотя бы потому, что людей сюда приезжает много, к тому же весьма грамотных и образованных, но приходится им годами жить в общагах. Некоторые, так и не дождавшись квартир, уезжают.

Квартиру из какой-то своей заначки добыла начальница – за что ей большое спасибо. Я бы, наверное, не согласилась жить на «койко-месте» и так и не узнала бы Ханты-Мансийск поближе. А он того стоит, этот удивительно многообразный, одновременно красивый и уродливый город. Совсем непросто мне сейчас сопоставить два образа Ханты-Мансийска – один из середины 80-х годов, когда я увидела его впервые, и теперешний, который я покидаю, надеюсь, что не навсегда. Нет, жить сюда я больше не приеду, но тут остаются мои друзья, они же, по счастливому совпадению, и коллеги.

Дождливый весенний день. Вид из окна

Дождливый весенний день. Вид из окна

Возвращаясь к моим давним впечатлениям от Ханты-Мансийска, могу только сказать, что тогда он был не то поселком, не то деревней. Единственный кирпичный дом, который я запомнила – здание окружного коопзверпромхоза. Тогда еще охоту, рыбную ловлю, заготовку и переработку рыбы и таежных даров рассматривали среди основных источников дохода и занятости населения. Нефти добывалось меньше, да и цена ее была пониже. Город был деревянный с деревянными же тротуарами.

Потом бывала там временами – запомнился, к примеру, ничем не выделявшийся частный деревянный дом за зеленым забором, где жил губернатор Филиппенко. Позднее он перебрался в дом посолиднее, но тоже вполне доступный досужим взглядам. Александра Васильевича до сих пор худым словом не поминают – он много сделал, чтобы и округ, и Ханты-Мансийск приобрели свой сегодняшний облик.

Выходит, что когда я перебралась в Ханты-Мансийск в 2008 году, он вовсе не был для меня terra incognito. Я так думала. Но, оказалось, одно дело наезжать в гости и по делам, и совсем другое – жить в этом городе.

Был декабрь – самые короткие и холодные дни. Выходишь на работу затемно, возвращаешься – потемну. Хотя темноты как таковой в Ханты-Мансийске не бывает – улицы освещены хорошо, а центральные даже избыточно. В моей квартире, окнами выходившей даже не на улицу, а во двор, ночью не было необходимости включать свет, а у окна можно было читать не очень мелкий текст.

Каждый раз я старалась выбрать новый путь к своему дому, и город из разу в раз шокировал меня. Однажды я пошла по улице Коминтерна. Стартует эта улица с центральной площади вполне респектабельно, но после пересечения с улицей Пушкина становится одноэтажной, а потом уж и вовсе кособоко-деревянной. И вдруг, на этом безлюдном вечернем маршруте, среди вросших по окна домиков вижу нечто из стекла и бетона, этажей на пять. Шикарный подъезд со стеклянными дверьми освещен, но пуст, на застекленных межэтажных площадках – тоже никого. Мороз, поземка, вечный ветер с Иртыша. Неоновая вывеска «Территория первых». О, Торум, что это такое? Как-то ёжило, даже пугало меня это место, хотелось поскорее выбраться куда-нибудь, где полюднее. Через пару дней догадалась спросить коллег, что за дикое сооружение. Оказалось, что это гостиница и развлекательный комплекс с рестораном, боулингом, танцполом, ди-джеями и дресс-кодом – любимое место отдыха молодежи. Много раз ходила потом и зимой, и летом мимо, но так и не привыкла ни к этой вычурно-безликой архитектуре, ни к контрасту окружения.

Еще одно столь же странное сооружение ожидало меня в другой зимний вечер на пересечении улиц Маркса и Пионерской. Это была бетонная чаша, висевшая на высоте метра четыре в гранитном мемориале. В чаше горел огонь. Площадь ярко освещена, но, как и весь город в морозный вечер, пуста. Что ли от моей одинокости и неустроенности на новом месте так меня испугала эта эпическая картина? Подумала сначала, что памятник – павшим воинам, ведь нам, россиянам, не привыкать к Вечным огням. Однако ошиблась – мемориал посвящен спортивным успехам югорчан.

Не хочу, чтобы кто-нибудь, читающий эти строки, представил Ханты-Мансийск мрачным и безликим. Ни в коем случае! Просто в моем случае казалось бы совсем разные составляющие – личное одиночество и чувство свободы, пустая квартира и неустроенный быт, зимнее безлюдье и ветер с Иртыша — сложились в жутковатый портрет города.

Я привыкала к Ханты-Мансийску и узнавала его в ту зиму. Достаточно было прийти весне и вслед за ней лету, как город поменял лицо. Даже ужаснувшая меня зимой монотонная кирпичная застройка улицы Дунина-Горкавича, считающаяся престижным местом, как-то стала милее. Потом уже я говорила всем и каждому, что не понимаю ханты-мансийцев, уезжающих в отпуска летом. Зачем?! Ведь здесь так замечательно!

Наверное, каждый из бывавших в Хантах (именно так для краткости называют Ханты-Мансийск большинство жителей округа), находил в нем свои достоинства. Пора рассказать, за что я его полюбила.

Первое и главное – город не похож ни на один другой, виденный мною. Он довольно компактный – летом, не спеша и в удовольствие, можно обойти его по периметру часа за четыре. Дойти до маленького, уютного современного аэропорта – за полтора часа. Пересечь насквозь в любом направлении – примерно за час. Если еще не были в Ханты-Мансийске – походите по его улицам с помощью космоснимков. Даже из космоса видно, какой это необычный город. Самая длинная улица Гагарина разрезает поросший настоящей кедровой тайгой холм и соединяет две исторические части города – собственно Ханты-Мансийск, отстроенный среди тайги в 30-х годах прошлого века, и историческую часть Самарово, уходящую корнями в Самаровский Ям. Собственно этот таежный холм, или чугас – главное сокровище и богатство города. Многим любителям биатлона этот холм заочно знаком – тут не раз проводились этапы мирового кубка и чемпионаты мира. Трасса украшена вековыми, в три обхвата, кедрами, пихтами и елями. И если шагнуть с асфальтового покрытия трассы, то вы попадаете в самую настоящую тайгу, населенную всякой таежной живностью. Медведей здесь, правда, давно не видели, но лосиные следы попадаются регулярно.

На трассе биатлонного центра летом

На трассе биатлонного центра летом

Биатлонные дорожки закрыты только во время соревнований, в любые другие дни они активно используются горожанами для прогулок, спортивных занятий, катания на санках. Летом сюда можно сходить за грибами – только тут уже лучше держаться в стороне от дорожек, спускаясь в овраги с ручьями и поднимаясь по малозаметным тропинкам. Гарантировано, что вы забудете про современный город, который живет своей жизнью всего лишь в нескольких сотнях метров от вас.

В лучах подсветки оживают мамонты Археопарка, с некоторого времени ставшие символом Ханты-Мансийска

В лучах подсветки оживают мамонты Археопарка, с некоторого времени ставшие символом Ханты-Мансийска

Что еще всегда меня радовало в Ханты-Мансийске – так это масса возможностей для активного отдыха. Любители плавать найдут бассейн неподалеку от дома, для детей есть даже аквапарк. Лыжникам не страшны длинные вечера — с ноября по апрель отлично освещенная лыжня с безупречными дорожками для конькового и классического хода доступна близ центра подготовки олимпийского резерва. Две трассы с подъемниками для фанатов сноуборда. Есть залы, где можно заняться фитнессом, единоборствами, йогой. Есть отличный крытый лед, а есть и открытые катки. Теннисный центр, легкоатлетический стадион, конноспортивный центр – каждый ли город может предложить такой выбор?

Большинство нынешних взрослых жителей Ханты-Мансийска приехали сюда из других мест. В моем близком окружении были петербуржцы, москвичи, томичи, новосибирцы, курганцы, хабаровчане. Местные власти активно привлекают специалистов науки, культуры, экономики и банковской сферы.

Темп жизни Ханты-Мансийска, я бы сказала, упорядоченный. Очень верное наблюдение сделали приехавшие на гастроли артисты. Они были свободны только днем, когда не было спектаклей, и всю неделю почти не видели людей на улицах, пока в последний день не выбрались в город вечером и не увидели его ожившим. Все так и есть: с половины восьмого до девяти утра народ торопится на работу, около часу дня разбредается по магазинам, кафе и столовым на обед и около шести вечера спешит домой. Летом дни длинные и ночи белые – многие идут по вечерам гулять.

ХМ строится. Вид с вершины искусственного склона для сноуборда на новые микрорайоны и бескрайнюю пойму за Иртышом

ХМ строится. Вид с вершины искусственного склона для сноуборда на новые микрорайоны и бескрайнюю пойму за Иртышом

Культурная жизнь города довольно насыщена – здесь около десятка музеев и галерей, сделанных на самом современном уровне. В галерее Фонда Поколений можно увидеть как классические работы известных мастеров, так и современную живопись местных художников. В доме-музее Геннадия Райшева вас, с большой вероятностью, встретит сам художник. Музей Природы и Человека удивит не только уникальными экспонатами, но и современной трактовкой всем привычного краеведческого музея. Музей под открытым небом «Торум Маа» расскажет о быте и культуре местных народов, угостит рыбными пирогами и ухой. Не нравятся музеи – всегда можно пойти на концерт или в театр. В культурно-театральном центре Югра-Классик есть неплохой органный зал и хорошая театральная сцена. Здесь выступают и местные артисты, и приезжающие на гастроли знаменитости. Хороший концертный зал в центре для одаренных детей Севера.

Галерея Фонда Поколений

Галерея Фонда Поколений

В общем, если вы живете в Ханты-Мансийске, то скучать вы будете только если сами того захотите. Мысль уехать из города от нехватки развлечений вряд ли возникнет.  В отличие от крупных городов, времени для досуга остается гораздо больше, потому что нет транспортных проблем, и не от того, что нет общественного транспорта — он есть и работает четко. Просто все очень близко и доступно – можно ходить пешком. Многие ездят на такси – по городу цена от 70 рублей, в аэропорт – от 150.

Что еще мне понравилось в Хантах? Как ни странно – работа коммунальных служб. В каком еще городе из кранов течет чистейшая и при этом не хлорированная вода? В каком городе газовые котельные стоят просто на крышах многоэтажек, нет никаких лопающихся на морозе труб, и радиаторы всегда горячие? К этому прибавьте отличные дороги, озеленение, чистые улицы – получившаяся картинка напоминает вам европейский город? Может быть, местами Ханты-Мансийск и похож на Европу, но у него много лиц. Рядом с многоэтажками стоят частные деревянные дома с огородами, среди них попадаются роскошные особняки, на улице Маркса – местном Арбате – вы пройдете мимо колонки, на которую за водой с саночками ходят жители соседних домов. На газонах вдоль улицы Энгельса можно встретить пасущихся коров, а почти все частные гаражи надстроены жилыми помещениями, которые часто служат приютом для приезжих из южных республик. Все это покажется диким туристу, но и меня, прожившую здесь два с лишним года, не перестало удивлять.

Промышленных предприятий в городе практически нет. Ханты-Мансийск – город управленцев. Здесь очень многие связаны с окружными и государственными органами власти. Очень быстро я начала чувствовать не слишком лицеприятные черты среднего ханты-мансийца. Все очень неявно – любовь поговорить о начальниках и перемещениях, боязнь лишиться работы, осторожность, несвобода в принятии решений. Этого и в любом другом городе достаточно, но тут концентрация белых воротничков критическая. Вот из-за этого действительно уехать из города можно.

Но есть в Хантах и другие, очень располагающие к себе, люди. Говорю о местной интеллигенции, за минусом чиновников, конечно же. Этих людей отличает, на мой взгляд, большая любовь к своему делу и огромный интерес к месту, где они живут. Работают они, в основном, в учреждениях культуры и науки. Милые дамы из окружной библиотеки по крупицам собирают уходящее прошлое округа — их силами издан не один замечательный краеведческий сборник. Музейные работники не только создают дивные экспозиции и выставки, но и ведут серьезные научные изыскания. Педагоги Центра для одаренных детей Севера несут доброе, изящное и вечное своим воспитанникам. Прослойка эта, как обычно, тонка, поэтому почти все лично знакомы – это очень приятно, несет особое очарование малого города или даже деревни.

Характер ханты-мансийцев я не берусь описывать – кажется, что это очень уравновешенные люди, но вот яркий штрих к этому портрету. Был праздник Победы – 65 лет. На центральной площади в честь этого был небольшой парад с духовым оркестром, а потом возложение цветов к Вечному огню. Не знаю, зачем властям понадобилось регулировать поток желающих возложить цветы, но церемония растянулась часа на четыре. Все это время можно было видеть нисколько не уменьшившуюся людскую цепочку метров в 200, которые терпеливо ждали своей очереди положить цветы. Очередь не стояла – она все это время двигалась, и цветочный холм у Вечного огня рос, но людей, решивших почтить павших, меньше не становилось. Казалось, пришел весь город, много молодежи, семьи с детьми. Вот и какие они – ханты-мансийцы?

Та самая очередь возлагать цветы к Вечному огню. 9 мая

Та самая очередь возлагать цветы к Вечному огню. 9 мая

В общем и целом, мне в Ханты-Мансийске было удобно, интересно и нескучно жить. Но уже тянуло поближе к родине, от тайги к лугам и пашням средней полосы. От длинных зим…

А вот и в домофон позвонили – пришли за диваном, который я и сама купила по объявлению. Вечером заберут холодильник – он был одной из немногих крупных покупок. Принтер, стиральную машину и кучу полезных мелочей заберут друзья, лыжи отдала молодой коллеге, швейную машинку, приехавшую со мной – другой, постарше.

Билеты на автобус куплены. Баулы сложены. Завтра встать в 5, в 6 сесть на автобус до Пыть-Яха, там – на поезд, ровно двое суток дорожного отдыха (после сборов его очень не хватает), и я вернусь домой, в Москву.

Москва меня не манит, не тянет. Я, конечно, бывала там ежегодно, иногда и по несколько раз. Родители и вся моя родня, ближняя и дальняя – москвичи. В Москве учится дочь. Но моя Москва осталась в прошлом. Она была уютной и знакомой, исхоженной вместе с отцом. Она принадлежала людям, а не машинам и манекенам в витринах бутиков. В сегодняшней Москве люди теряются, становятся многими из многих. Помню, как дочь, приехавшая учится в Москву из таежного поселка, удивлялась, почему здесь люди не замечают неба, облаков и редко улыбаются. Все просто – тут людям не до неба, они привыкли быть слишком занятими, и даже когда есть время взглянуть на небеса, им не приходит этого в голову. К счастью, дочь и сейчас не разучилась улыбаться прохожим и разглядывать облака.

Москва за четверть века стала для меня не родной, выматывающей, доводящей до желания забиться в угол, чтоб никого не видеть – слишком много там чужого и чуждого народа, слишком мало воли, мне, привыкшей к таежным просторам.

Больше всего я буду скучать за этим…

Больше всего я буду скучать за этим…

Или, может быть, это возраст и поэтому так тянет к земле? Нет уж – пока не решила, где и как, но точно знаю, что буду жить не в Москве, а рядом со своим садом…

Север, прощай!

Перейти в полный режим