Из Ханты-Мансийска в Питер или побег от любви

В своей жизни мне довелось много ездить, поменять множество городов, но никогда не представлялось внятной возможности рассказать об этом, поделиться своим опытом. Давайте знакомиться. Зовут меня Ольга, мне 26 лет. Родилась в Миассе, в Челябинской области, ходила в школу в Екатеринбурге, там же училась в ВУЗе, а затем и замуж вышла.

Мы с мужем были однокурсниками, вместе учились на Электротехническом факультете УрГУПСа. Девушек на специальности было мало, поэтому к нам было особое отношение. Парни нас в обиду не давали, холили и лелеяли всячески. Разумеется, и ухаживать все пытались. Наверное, каждый из одногруппников проявлял ко мне симпатию. Кто-то в большей степени, другие  – в меньшей, в итоге не досталась я ни тем ни другим. Максиму я вообще не была интересна. Он встречался с моей лучшей подругой и не проявлял ко не абсолютно ничего, наверное он был единственным парнем курса, который не воспринимал меня, как девушку. Я была ему верным другом, товарищем и всё. Конечно, женское самолюбие было задето. Хотелось его проучить и показать, кто здесь настоящая принцесса.

Не буду рассказывать о всех наших взаимоотношениях и историях, все таки это не любовный форум, а форум о переездах. Скажу лишь, что в итоге мы с Максимом стали жить вместе, а потом и свадьбу сыграли. После университета, нас  распределили в Ханты-Манскийск. Конечно в 2004 году такого распределения, как при советской власти не было. Никто никого не заставлял, не вынуждал и не обязывал. Просто Максиму дипломный руководитель предложил поехать строить подстанцию в «Ханты». Макс сказал, что один не может, женат все-таки. Тогда прицепом на север взяли и меня. Так мы и перебрались из запыленного Екатеринбурга в самый шикарный город современной России.

Ханты-Мансийск

«Ханты» — удивительный, замечательный, маленький северный город. В нем мы прожили пять счастливых лет. С тех пор уже минуло три года, но эмоции до сих по живы. Очень хочу еще раз посетить Ханты-Мансийск, хотя бы с кратковременным визитом, поскольку очень по  нему скучаю. Когда мы жили на севере, я совсем не понимала людей, мечтающих перебраться на юг. Зачем? Для чего? Поначалу мы приехали в Ханты-Мансийск на время. Думали – подзаработаем деньжат и обратно вернемся. Не тут то было. В Хантах у нас родился сын, появились новые друзья, да и сам город стал другом. Вспоминаю  наш первый день, когда мы, зеленые выпускники института, с двумя огромными спортивными сумками приехали на старой волге в Ханты-Мансийск. Казалось, что проделана дорога не чуть более тысячи километров, а тысяч шесть или семь, сколько там до Швейцарии. В Екатеринбурге особой природы нет. Есть небольшие горы, да грязненькие водоемчики, прибавьте к этому запыленный воздух – вот и будет вам столица Урала. Тут же все иначе.

Ни огромных автобусов, ни пробок,  ни железной дороге. Маленький, уютный, чистый, горок , затерянный в хвойных лесах.  В мегаполисах чтобы отдохнуть на природе надо что сделать? Надо на неделе спланировать поездку на природу, выехать рано утром, чтобы успеть занять полянку получше и т.д. и т.п. Процесс единения с природой становится загнанным в бизнес-органайзеры, ежедневники и тому подобное.  Ханты-Мансийск в этом плане привлекательнее в разы. В первый  свой вечер там, мы вышли прогуляться, и  уже через каких-то пятнадцать минут оказались в лесу. Ни в парке, ни в околке, ни в роще, а в самом настоящем лесу. Диком, если хотите, поскольку почти мгновенно мы заметили большую белую сову.

Лес в Ханты-Мансийске повсюду. Он примыкает к городу вплотную. В своей первой полосе лес очень облагорожен. Он там похож на большой парк: тропинки, мостики через ручьи, лесенки в местах подъема на валуны, кругом белочки. Белки, кстати, вообще не боятся человека. Они в «Хантах», как голуби в других городах, бегают по деревьям во дворах, могут даже забраться на балкон и поесть из кормушки. Любопытно, но за пять лет, проведенных на севере я не видела ни разу, чтобы белку, например, мучили дети, или раздавленную машиной белку, сбитого рогатой зверька. Люди тут любят природу. Они часть ее, от их жилья до лесных дебрей рукой подать.

Я открыла для себя Ханты-Мансийскую природу поздней осенью, когда часами можно наблюдать за жизнью леса. В получасе ходьбы от нашего дома я однажды встретила лису и это был настоящий восторг. Лис доводилось видеть и на Урале, но все они были какими-то тощими и облезлыми. Это же была настоящая лесная красавица, с огромным пушистым хвостом, о котором слагают сказки и былины. Наверное, вам покажется странным, что свой рассказ о любимом городе я начинают с того, что описываю окружающий его лес. Для меня это важно. В кафе или ресторан можно съездить на такси, можно сделать ремонт и ужинать на кухне, а вот природу самостоятельно никак не воспроизведешь. Дороги могут разбить и починить, тоже самое с крупными магазинами и бизнес-центрами, которые то пропадают, то появляются. Совсем другое – лес. Он гораздо старше города и всех тех сомнительных благ, которые человек в нем создал.  Позже я узнала, что мои любимые кедры, которые произрастают за пределами города, находятся в Самаровском чугасе. Признаться, я, как узнала это, даже разочаровалась. За заповедником ведь следят, значит рукотворная там красота. Настоящий то лес, наверное, не лучше уральского. Ан нет. Весной удалось развеять все сомнения. Мы побывали в 40 километрах от Ханты-Мансийска в лесу, где никакого заповедника не было. Он ничем, абсолютно ничем не хуже.

Первая зима

Зима для нас наступила очень быстро. Стояла солнечная, сухая погода, а потом бах и всё. Снег по колено. На самом деле в Ханты-Мансийске выпадает очень много осадков. Зимой всегда обильные снегопады. Летом, как из ведра, дожди льют. Я  эти осадки связываю с тем, что в тридцати километрах от города сливаются две крупные сибирские реки – Обь и Иртыш. Кстати, в школе нас учили, что Иртыш впадает в Обь. В действительности все выглядит иначе, Обь впадает в Иртыш. На месте слияния это очевидно.

Дождь в Ханты-Мансийске, в отличие от уральского ливня – это благо. После дождя весь город окутывает запах хвойного леса, как будто в чистую холодную парилку зашла. С тех пор, как мы покинули Екатеринбург, этот запах влажной хвои – самый любимый мой аромат. Максим даже шутит, что если найдет хвойные духи – подарит мне.

Ханты-Мансийск  стоит на песчаных холмах. Они намыты ледником, в окрестностях, в нескольких километрах от города, ни одной возвышенности найти уже невозможно. Есть только низины, в которых размещаются болота, а так – равнина, поросшая лесами. Наличие холмов  дарит горожанам небольшой горнолыжный спуск, место паломничества всех местных мальчишек.

Ханты-Мансийский склон

Ханты-Мансийский склон

Еще из особенностей Ханты-Мансийска можно выделить дорожную проблему. Город хороший, красивый, современный, но добраться до него очень тяжело.  Железной дороги в этих местах не было никогда, автомобильная дорога входит в город только с двух сторон. На въездах стоит видеокамера, которая фиксирует всех въезжающих и покидающих Ханты-Мансийск. Это ухищрение сводит практически к нулю преступность. Все местные жители люди довольно обеспеченные и воровать или причинять друг другу вред по злому умыслу им не надо. Другое дело – злые чужаки, которые не прочь разжиться за чужой счет. Гастролерам пройти мимо камеры почти невозможно. Въехать не по этим двум дорогам в «Ханты» не реально. Со всех сторон то лес, то холмы, то болота. Можно, конечно, пройти пешком. Но много ли унесешь потом на своих двоих?

Разумеется, безопасность в городе контролируется не только камерами. Ежегодно здесь проходят мероприятия мирового масштаба: спортивные состязания по биатлону, шахматам, лыжным гонкам. Здесь проходил международный саммит в 2008 году Россия-Европейский Союз. Кроме вышеназванных мероприятий в городе постоянно что-то происходит, его посещают официальные лица, делегации, организовываются выставки, конкурсы, фестивали. Другими словами – спортивная, политическая и культурная жизнь в Ханты-Мансийске просто кипит. Благодаря этому городские власти стараются держать «Ханты» в подобающем состоянии, именно поэтому его называют, кто «Маленькой Швейцарией», кто самым чистым городом России. Город  постоянно метут, чистят, моют, озеленяют. Признаюсь, что после Екатеринбурга я была просто в шоке. Лично мне стыдно мусорить здесь на улицах. Любой фантик или спичку хочется донести до урны. Скажите мелочь, а из таких мелочей соединяется общая картина города.

Как Ханты-Мансийск Ханты-Мансийском стал

Если бы мы оказались в «Хантах» на двадцать пять лет раньше, то, наверняка, я бы сморщилась и начала умолять вернуться. Тогда в городе преобладали деревянные двухэтажные бараки и частные дома. На весь город количество кирпичных домов можно было по пальцам одной руки пересчитать. Ничего удивительно. Кирпич попасть в Ханты-Мансийск, при отсутствии железной дороги, мог только по асфальтированной. Асфальтированная дорога была условно асфальтирована. Все-таки для нашего климата больше бетон подходит, асфальт  через пару лет начинает портиться. Двадцать с небольшим лет назад в город пришли деньги от добываемого неподалеку природного сырья (нефти и газа). На эти средства сделали дорогу, многие дома снесли, построив на их месте современные здания.  Конечно, деревянные строения до сих пор имеют место быть, но их утеплили и обшили фасады. В Ханты-Мансийском автономном округе добывают почти 60 процентов российской нефти. До прихода В.В. Путина к власти и в первые годы его правления в городе оседала половина этой суммы. Местные старожилы называют то время золотым. Тогда и построили большинство современных жилых комплексов, административных зданий, бизнес-центров, спортивных сооружений, культурный центров, памятников, фонтанов и монументов.  Тогда в «Хантах» проживало всего 80 тысяч человек. И вот для этих восьмидесяти тысяч была создана инфраструктура, которой любой город-миллионер мог позавидовать: десять бассейнов, шахматная академия, биатлонный центр, теннисные корты, два ледовых дворца (сейчас, кстати, местная команда играет в Континентальной хоккейной лиге), хоккейную школу, более двух десятков ресторанов и т.д. и т.п.

В настоящее время в городе функционируют два музея, расположенные в специально построенных для них зданиях. В одном из них представлены останки мамонты, скелеты мамонты и всё-всё-всё, связанное с бывшими хозяевами севера. Я лично встречала в этом музее иностранных туристов, приехавших в Ханты-Мансийск посмотреть на мамонтов. Эти люди были очень удивленны общим уровнем города. Они рассчитывали встретить среди тайги поселок, градообразующим учреждением которого является музей мамонта, а на деле встретили современный развитый город.

Вообще от Ханты-Мансийска складывается несколько двоякое впечатление.  С одной стороны это молодой, дорогой, перспективный, развивающийся город, где людей старше 45 лет встретить достаточно сложно. А с другой стороны, когда поживешь здесь некоторое время, то понимаешь, насколько эта красота недолговечна. Каждый кирпич здесь положен на нефтяные деньги. Вся жизнь Ханты-Мансийска зависит от денег. Предположим, что на наш век ее еще не хватит. Что же тогда  не радоваться? Зачем грустить? С каждым годом из Ханты-Мансийска забирают деньги. Забирают в столицу или каким-то теневым структурам, не важно. Важно, что они отсюда уходят.  С каждым годом затихают социальные программы, сокращаются бюджеты, заканчивается сказка. В городе нет живого производства. Только административные, спортивные и культурные сооружения. Когда  нефть кончится Ханты-Мансийск просто умрет. На самом деле вопрос с черным золотом более широкий. Ладно, Ханты-Мансийск, там не так много людей живет и худо-бедно они найдут в России чем заняться. Что с Россией станет, когда нефть кончится или подешевеет? Не может же она вечно быть дорогой. Мы же проходили дешевое топливо, мы знаем, как всем 140 миллионам жителей бывает плохо.

Прощание с Ханты-Мансийском

Покидать город было очень грустно. Все-таки пять счастливых лет… Наверное, еще лет через пять, он бы мне осточертел. Я уже знала город, как свои пять пальцев. Где покупать продукты, где свежее молоко, какая полянка в лесу живописнее, где больше белочек и т.п. Благодаря тому, что «Ханты» — небольшой городок , за пять лет нам удалось стать по-настоящему местными. Подлинно коренных жителей там очень мало. Обычно люди приезжают на короткий срок, а потом уезжают восвояси. Пенсионеры стараются здесь тоже не оставаться. Все-таки на обычную пенсию прожить здесь очень сложно.

Из всех городов, где я когда-либо находилась длительное время, Ханты-Мансийск всегда будет в моем сердце и занимать он там будет самое большое место. Но куда переехать с севера? Перед Санкт-Петербургом мы на месяц вернулись в родной Екатеринбург. Шумно, грязно, суетливо. Климат, конечно, мягче, но это один из немногих плюсов. Ожидать своей участи нам, слава богу, пришлось недолго. Мужа пригласили работать в Санкт-Петербургом. Хоть я по специальности тоже могла бы работать в этой компании, но мне отказали. В принципе деньги были, поэтому мы, без страха отправились покорять Северную столицу. С чем там пришлось столкнуться – это уже другая история.

Град на вольной Неве

В Питер мы отправились практически без раздумий, благо еще на заре совместной жизни дали себе обещание — не обживаться ненужным барахлом. Поэтому для переезда нам хватило одной машины – вместительного Субарика. В Питере Максиму сразу дали недельный отпуск, чтобы мы смогли обжиться на новом месте. Принимающая сторона предлагала нам однокомнатную квартиру на Прибрежной улице. Конечно, райончик довольно миленький, но хотелось жилплощадь попросторнее. Все-таки нас трое, а с учетом кота, то все четверо. В итоге после переговоров с руководством служебную квартиру заменили денежной компенсацией, что тоже очень-очень неплохо. Нам стали дополнительно каждый месяц выплачивать по 17 тысяч рублей. Подсказывает мне мое сердце, что аренда той самой однокомнатной, что нам предлагали раньше стоила больше, ну да ладно. Хоть такие деньги дали, мы вообще думали, что на свои снимать жилье придется.

Квартиру искали целых шесть дней. Все это время жили у будущего коллеги Максима, тот проживает в исторической части города, на Лиговке. Антураж там, я вам скажу, еще тот. Я понимаю, что место историческое и т.д. и т.п., но людям в таких домах жить уже точно нельзя.  Лет пятьдесят дома эти здания были настоящими конфетками, представьте сами, в каждой квартире свой мусоропровод, огромная кухня и ванна. Не квартира – мечта.
Помыкавшись и уже окончательно отчаявшись, я случайно от подруги, живущей в Петербурге узнала, что ее приятель сдает двухкомнатную квартиру на Рыбацком проспекте. Всего метрах в трехстах-пятистах от того дома, где нам предлагали квартиру первоначально. Жилье нам сразу понравилось. Нестарый дом, большие светлые комнаты, теплая. По деньгам вышло – 28 тысяч. Вообще просили тридцать, но благодаря Светке (так зовут подругу) две тысячи скостили. Мы потом недели три смеялись над нашей экономностью, как мы за две тысячи торговались.

Вообще снимать квартиру в Санкт-Петербурге очень сложно. На сайтах объявлений, да и в газетах везде разводы и кидалово. Процветает схема: «Приезжайте к нам в офис, заключите договор, заплатите сначала деньги, а мы вам потом подберем вариант». В итоге получается, что деньги ты платишь, а все варианты тебе не подходят, потому что тебе заведомо предлагают то, что не устроит. Нормально снять квартиру возможно лишь двумя способами: через нормальное агентство недвижимости или через знакомых. Через знакомых тоже не все может быть гладко. Как говорится, с друзьями лучше дел не иметь, а то неизбежны моральные проблемы. С риэлтором все гораздо проще, но и дороже. За отсутствие моральных проблем приходится платить рублем: надо отдать риэлтору 100% месячной аренды, оплатить залог в размере 100% от суммы месячной аренды и заплатить собственно месячную аренду. По другому никак не получается. В итоге, чтобы снять квартиру за 25 тысяч рублей, надо на руках иметь 75 тысяч рублей. Сумма, конечно, не большая, но для молодых людей, приехавших после института из провинции – очень внушительная. Молодежь с этой ситуацией справляется следующим образом: первый месяц, а то и два все живут у земляков. Землячество в Питере, как и в Москве развито сильно. Свердловчане помогают свердловчанам, ростовчане ростовчанам и т.д.

Если пробиваться самостоятельно, то можно и зубы обломать. Света сама рассказывала, как они переехали в Петербург. Тогда еще здесь никого не ждали, поэтому жилье искали по объявлениям. Говорит – приезжаешь смотреть, а дверь тебе уже открывают новые жильцы, которые на полчаса раньше приехали и сразу решили все дела с деньгами и договором.

Нам повезло, что в квартире уже было все необходимое: кухонный гарнитур, кровати, мягкая мебель, холодильник, стиральная машина, шкафы. Мы купили только wi-fi роутер и всякую уютную мелочь типа штор, пледов и т.п. У нас в семье и у меня, и у Максима, есть ноутбук, а еще есть всякие гаджеты, планшеты, телефоны, поэтому wi-fi является настоящим спасением, да и проводов всяких меньше. Скоро сын подрастет, тоже у него компьютер появится. Пока Саша маленький, мы его к технике стараемся не подпускать. Еще успеет испортить здоровье. Конечно, может быть через 3-4 года мы уже не будем жить в этой квартире, а может быть даже и в этом городе, но все равно только сегодняшним днем жить нельзя, надо и о будущем думать.

С работой у меня обстояло все сложно. Никому мой предыдущий опыт не был интересен. Обычно на собеседованиях руководители открывали резюме и каждую строчку подвергали сомнению. Например, то есть вы в 25 лет работали заместителем начальника отдела снабжения. Конечно, работала. Нас в отделе 5 человек было. Две совсем далеких от производства девочки, начальник, я и очень пьющий мужчина средних лет. Кого было назначать кроме меня? Часто мне не отказывали прямым текстом, а делали это завуалировано. Обещали позвонить через неделю или познакомить с генеральным директором через 3 дня. Каждый день таил для меня разочарование. А тут еще и питерская погода досаждала. Это вам не сказочный Ханты-Мансийск, где за углом каждого дома может прятаться добрый Морозко. Тут за каждым углом может быть Дукалис или главный герой Бандитского Петербурга, но никак не добрый персонаж. В итоге почти целый месяц я плакала по вечерам. Максиму тоже было тяжело, он как мог меня успокаивал. Один Саша не расстраивался, ему очень нравилось в школе раннего развития (детский сад с углубленным изучением прикладных и познавательных дисциплин) и каждый вечер, когда он возвращался домой, он рассказывал нам о том, какие чудесные дети в его группе. Признаться честно, мы даже подумывали вернуться. Причем не в Екатеринбург, а в любимый Ханты-Мансийск. Найти там работу, пусть даже меньшую и жить себе в радость. Наверное, так бы оно и случилось, если бы меня однажды не пригласили на работу. Причем сразу на две. Инженером лаборатории электроизмерений или сметчицей в проектировочный институт. Я выбрала последнее, поскольку проектная работа гораздо интереснее ежедневных поверок приборов и приклеивания на них бирок.

С момента выхода на работу жизнь почти вошла в свое русло. Мы все меньше удивляемся окружающей нас действительности. До истинных петербуржцев нам еще далеко, но и провинциалами себя назвать уже не можем.

За всю совместную жизнь едва ли найдется больше десятка совместных фотографий с мужем

За всю совместную жизнь едва ли найдется больше десятка совместных фотографий с мужем

Санкт-Петербург vs Ханты-Мансийск

Меньше всего я люблю сравнивать свои города. Это все равно что сравнить первую любовь с мужчиной, с которым приходится жить по нужде, из-за денег или обещаний. В Питере большее разнообразие продуктов, чем в «Хантах», для сладкоежки тут настоящий рай, да и для гурмана тоже. Рестораны – на любой вкус. В супермаркетах все очень доступно и очень большой выбор. Разумеется, и в Хантах с продовольствием нет проблем, но все-таки север, он и есть север. Такого изыска, как в Северной столице там не найдешь.

В Питере есть пробки. Для нас после шикарных дорог Хантов любая стачка на магистрали – пробка. Наше счастье, что в Москву не заезжали, вообще бы там, наверное, с ума сошли. В Петербурге что-то странное творится с нашим котом. И на севере, и на Урале он отлично себя вел. Был послушным и спокойным, здесь же вообще от рук отбился. Постоянно убегает из квартиры, поганит мебель, фыркает на мебель без причины. Максим говорит, что Маркиз видит духов. Может так оно и есть, но пока эти духи никакого дискомфорта нам не приносят, только любимого кота зазря пугают. Со следами кошачьего эпатажа пробовали бороться уксусом, не помогает. Коллеги посоветовали замывать лужи порошком с ферментами. Результаты пока отличные, рецидивов нет.

На систему ЖКХ ни в Санкт-Петербурге ни в Ханты-Мансийске жаловаться не могу. Все работает, как часы. Если бы мы поселились не в новом доме, а в старом, где-нибудь на Заячьем острове или на Васильевском, то могли бы быть перебои с горячей водой. Там на нее жалуются жители. В старых домах централизованная горячая вода не предусмотрена, поэтому на доме или на подъезде стоят бойлеры. Кое-кто ставит бойлер отдельно в квартиру. Конечно, это выход, особенно, если один или вдвоем живешь, но когда в семье людей много, то и подогретой бойлером воды не хватает. Приходится сначала мыть посуду, а потом с интервалом в час всем по очереди принимать душ.

Как я чувствую Петербург

Не даром я в начале повествования достаточно красочно расписывала прелести Ханты-Мансийска, какой он чудесный, уютный и замечательный. Уверена, что найдутся люди, которым Ханты решительно не понравится. А я его люблю. Даже если бы он был старым, страшным и облезлым, то все равно бы тоже любила. А Петербург наоборот. Не по душе он мне. Ну и пусть здесь на каждой улице жил художник, писатель или поэт. Пуская тут на каждом доме висит мемориальная доска. Пускай. В музей надо ходить. В нем нельзя жить.

Даже в солнечный день можно грустить в Александровском парке (С-Петербург)

Даже в солнечный день можно грустить в Александровском парке (С-Петербург)

С юных лет и всю жизнь я недолюбливала болота. Теперь я на них живу. Болота очень сильно гнетут, в купе с местной природой это просто коктейль Молотова для моей психики. Осенью и весной мне часто хочется зарыться в подушку и зажмуриться изо всех сил, чтобы раскрыть глаза и оказаться в другом месте. Мне хочется прыгать, кричать и плакать. В некоторые моменты я очень остро не хочу здесь жить. По правде я никогда не мечтала о Петербурге. Именно поэтому еще в старших классах меня все считали недостаточно романтичной. Петербург хорош для пьяниц и неудачников, здесь хорошо доживать свои дни и писать мемуары, но не проводить лучшие годы. За время проведенное в Питере у меня появились морщинки, есть характерная складочка между бровей. Она говорит о том, что я мало улыбаюсь и много хмурюсь. До переезда сюда я всегда была хохотушкой.

Смотрю на тех, кто меняет нормальный уклад и спокойную жизнь на Питер и диву даюсь. Зачем им все это надо? Ладно мы, сумасшедшие, но они то куда? Чего им не хватает. В Питере познакомилась с Лешкой IT-шником, он сюда переехал из Новокузнецка. Переехать его вынудила девушка. В Питере, говорит, хочу жить и все тут. Взяли огромный кредит и рванули сюда. Теперь ели как концы с концами сводят.

Наш начальник сметного отдела Сашка как-то мне признался. Оль, представляешь, я переехал сюда работать, чтобы жить. А на деле выходит, что я живу, чтобы работать. Мне 29 лет, а перспективы, даже в далеком будущем, нет никакой.
В Москве деление на своих и чужих есть давно. Своих там достаточно мало и с чужими они стараются общаться мало. В Питере чужие и свои взаимодействуют всегда. Причем свои чужих постоянно носом тыкают, что те чужие. Хотя если разобраться, то коренное население нормально живет только за счет этих приезжих. Вы знаете, за какие баснословные суммы тут сдают квартиры? Двадцать пять тысяч рублей за разбитую квартиру на окраине города, где от дома до остановки минут двадцать идти. Это  нормально? Недавно моя школьная приятельница, свободный художник, сняла в Риме квартиру за 150 евро. Это нормально?

Что нам делать в Питере дальше – неизвестно. Сейчас Максим завершит несколько важных проектов и мы опять переедем. Куда? Неизвестно. Может в Екатеринбург, может в Ханты-Мансийск, Краснодар или Самару. Куда-то мы переедем точно, потому что я совсем не хочу, чтобы в этом мрачном городе росли мои дети и проходили мои лучшие годы.

Перейти в полный режим