Переезд из Кузбасса в Краснознаменск

Уже многими годами позже сюда пришли советские геологи и нашли угольный разрез, который и вдохнул жизнь в Кузбасский регион. На долю Кемерово пришлось много разных событий, в войну сюда эвакуировали 35 заводов и детский дом. После войны был страшный голод. Всё это история, очевидцев которой с каждым годом найти все сложнее. Такова жизнь. Вообще-то я вам тут не о судьбе Кемерово плакаться собрался, а о своем переезде.

Итак, учился я, хороший мальчик, сын шахтера и бухгалтера, в школе, окончил. Поступил в Томске в ВУЗ, окончил. Ушел в армию, вернулся. Хотя, об армии можно было бы наверное написать отдельную книгу. Каждый, кто там был, способен долгими часами рассказывать истории своей службы.

Мы служили в военной части рядом с Краснокаменском, что в Забайкальском крае. Наверное, не надо вам раскрывать всех боевых секретов, чем часть занимается и где находится. Скажу лишь, что однажды нам досталось интересное задание. На зону близ Краснокаменска конвоировали знаменитого опального олигарха Михаила Ходорковского. Был толи октябрь, толи ноябрь 2005 года. Признаюсь честно, на гражданке я про Ходорковского даже книжку читал, и он мне был глубоко симпатичен. Но, не смотря на личные симпатии, все-таки не сват мне Михаил, не брат, не кум. Организовывать его побег я не собирался и просто стоял вдоль дороги в оцеплении, а рядом со мной стоял мальчик Сережа. Мальчик, потому что он на 4 года меня был младше. В армию он попал в воспитательных целях. Его отец на тот момент занимал неплохой пост в Приаргунском производственном горно-химическом объединении. Сын у него от рук отбился, «мажорить» начал, а отец человек старой закалки, взял да и отправил нерадивого отпрыска в армию.  Ну вот не знаю каким Серега на гражданке был, а в армии мы с ним подружились. Вообще корефанами стали.

Стоим мы, значит, в оцеплении, вдоль дороги, лицом к лесу, ждем, когда Ходорковского провезут. Никто не боится, что олигарх обманет конвой и убежит, это ему все-таки не начало 90-х, да и конвоиров четверо, а не миллион людей, как 15 лет назад. Опасались, что кто-нибудь из леса выскочит и попробует выкрасть Ходорковского. Мало ли сумасшедших. Поэтому мы и стояли, с ноги на ногу переминались, мерзли.

Во время этого променада Серега мне и рассказал о том, кто он такой и как в армию попал. Я признаюсь, сначала не поверил. С виду парень, как парень, обычный. Сережа через 2 дня в увольнение домой уходил, в Краснокаменск, позвал меня с собой. Сказал, что отцу позвонит и тот все решит в нашу пользу.  Какой солдат не мечтает об увольнении? Я согласился.

На следующие день мы уже ездили на его новенькой Хонде Аккорд по городу, знакомились с девчонками, кушали в кафе, дымили в форточку сигарами. Сережа жаловался на жизнь мажора, а я – на жизнь шахтера. С тех пор мы частенько вместе ходили в увольнения. Катались на машине, смотрели хоккей в спортбаре, ходили в кино, гуляли с девчонками.

Краснокаменск – очень маленький город. В нем живет всего 60 тысяч человек, есть штук пять школ, два училища, медицинский колледж и даже филиал МИФИ (филиал Московского инженерно-физического института). Нам, конечно, все эти учебные заведения были абсолютно безразличны, кроме медицинского техникума. Там было очень много девочек, они съезжались учиться в Краснокаменск со всего Забайкальского края. Среди пацанов мы звали их медичками. Каждое увольнение обязательно сопровождалось походом  к медичкам. Поскольку город очень небольшой, за полчаса пересечь его с одной стороны до другой было легче легкого. Наша часть располагалась в одной части Краснокаменска, а общежитие медицинского колледжа – в другой. По этому маршруту мы обычно и бегали. Сережа расширил мне представления о городе, у нас был новенький импортный автомобиль, медички нас больше не интересовали. На этом Аккорде мечтали прокатиться лучшие девушки Краснокаменска. За 3-4 увольнения я посетил абсолютно все злачные заведения города. Причем в некоторых, как например кафе «Домисолька» я побывал дважды.

Многие считают, что раз 60 тысяч жителей – значит все как в деревне. Это ошибочное мнение. Градообразующим предприятием Краснокаменска является Приаргунское производственное горно-химическое объединение, которое разрабатывает Стрельцовское урановое месторождение, находящееся недалеко от города. Кроме того попутно ведётся добыча угля и цеолита на Уртуйском разрезе. Почти все жители заняты добычей ископаемых, остальные краснокаменцы обслуживает тех, кто работает на шахтах. Безработицы в городе нет. Начиная с конца 60-х, как деревня получила статус города, здесь наступила стабильность, которая не заканчивается до сих пор. Как говорил мне Сережин отец, урана хватит еще лет на 50, а это значит, что Краснокаменск минимум полвека еще проживет.

Краснокаменск
Краснокаменск

Однажды мы с Серегой в увольнении пошли в кафе «Дольче Вита» и я там встретил свою любовь. После армии в Кемерово я не вернулся. Мы с Олей ездили в мой родной город, я ей показывал места, где родился и вырос. Мама плакала, хотела, чтобы я остался, но нет. Краснокаменск притягивал больше. Кому-то большие города нужны, кто-то о Москве мечтает, а меня тянет в малые городки. Ничего тут не поделаешь. Разумеется, Кемерово и его полмиллиона кемеровчан – это совсем не мегаполис, но все-таки разница есть. Например, мне всегда казалось, что в Краснокаменске все друг друга знают. Там действительно не нужны ни телефоны, ни социальные сети, ничего. Если в город приезжает чужак, то все сразу знают. Все сразу смотрят на него, как на чужака и выясняют, что это за птица. Не прошел отбор – лучше возвращайся восвояси. Полюбили – преданнее людей не найдешь. Говорить о преступности в Краснокаменске просто смешно. Бывает, конечно, пьяная бытовуха, бывают семейные ссоры с рукоприкладством, но грабежей, разбоев, убийств – никогда. Один раз, правда, на моей памяти был случай. Девчонка не дождалась парня из армии, он вернулся, взял ружье и дробью расстрелял ее, всю ее семью и нового возлюбленного. Никто не погиб, просто попали люди в больницу.

Один раз в «Домисольку» попали заезжие ребята, крепко выпили и начали дебоширить. Местные жители скрутили их и передали в местное отделение тогда еще милиции. Кстати, отделение полиции на весь Краснокаменск всего одно, примерно выходит, что один полицейский на 5 тысяч человек. Больше блюстителей порядка здесь и не надо. Жители сами очень порядочные. Признаюсь честно, когда я только-только ехал сюда служить в армию, то думал, что в городе одни зеки. Просто в соседнем красноярском крае такое население обычно преобладает в маленьких городах. Здесь, слава Богу, все не так.

Слукавлю, если скажу, что уезжал из Кемерово с легкой душой. Все-таки там оставались друзья, родные. Я мог легко в Кемерово найти работу. В Краснокаменске кроме Оли и Сережи не было никого. Можно было, конечно, пойти к отцу Сергея, попросить устроить, он бы не отказал, но я все-таки мужчина и должен сам пробивать себе дорогу в таких случаях.

Ребята, друзья мои кемеровчанские, справедливо потребовали проводов. Чтобы я «проставился» перед переездом. Время было август. Я взял старый дедов москвич-412, который мне достался в наследство, купил мяса и вина и устроил пикник на Салтане, это озеро в 40 км от города. Даже перед армией я не слышал столько добрых слов, сколько в тот раз. Пару раз даже приходилось отлучаться в лесок, чтобы прийти в себя. Я сентиментальный, могу и расплакаться, а видеть мои слезы никому не надо. Прощание с Кемерово длилось почти неделю. Я навестил школьных учителей. Пожилые женщины не очень поняли, что я куда-то переезжаю навсегда, зато они очень долго и очень громко охали, как же я вырос, как возмужал. Родственники на прощальном ужине тоже не уделяли мне особого внимания, для них это был просто повод встретиться. Дядя Саша, изрядно охмелев, вообще обнял меня и начал давать советы о том, как надо вести себя на вахте. Оказывается, они думали, я собираюсь стать вахтовиком. И смешно, и обидно, и грустно.

Несмотря на несколько сумбурные проводы, Ольге понравились мои друзья и родственники. Всем она пришлась по душе. Даже моя бывшая девушка подошла ко мне и сказала: «Поздравляю. Хорошая жена будет». Маму Оля покорила своей кулинарией. Был как раз август, время, когда с дач привозят огромные огурцы и страшные помидоры. Вообще интересно, почему на дачах вырастают такие уродливые томаты. Мать моя всю жизнь хвалится тем, что на огороде все растет натуральным, без пестицидов, без химии всякой. Экологически чистая еда с собственной дачи вызывает у меня подозрения хотя бы потому, что рядом с садовым кооперативом, в каких-то пяти километрах находится ТЭЦ. Эта ТЭЦ ежегодно очень сильно загрязняет кемеровскую атмосферу. Пепел с нее регулярно падает к нам в огород. Поэтому яблоки с пепельным напылением – в норме вещей. Ученые недавно производили анализ воды, которая выпадает в Кемерово в виде осадков. Это вода техническая пить ее нельзя, поливать ей растения, предназначенные в пищу нельзя тоже. А мы все это едим. И никого не смущают, что страшненькие, скрюченные помидоры никак не свидетельствуют о том, что они экологически чистые.

От Кемерово до Краснокаменска 3,5 тысячи километра. Сначала мы хотели ехать поездом, но потом смекнули, что вещей много, вспомнили про наличие 412 москвича, оставшегося от деда, и решили поехать на автомобиле. Двое моих одноклассников в Кемерово имеют СТО, я загнал к ним «Ишака» на два дня, они там что-то подкрутили, подстучали, поменяли. Денег с меня ребята брать отказались. Конечно, не очень удобная ситуация, но все-таки в знал благодарности я купил им 2 бутылки Бехеровки, нельзя не благодарить за добрые дела.

Нагрузили мы москвич так, как за всю его 36-летнюю историю никто не нагружал. В анналах гаража был найден верхний багажник. На нем уместили чемоданы, полные книг и всякой одежды. В багажнике поехали кастрюли, самогонный аппарат (мне его тоже завещал дед, вместе с рецептом фирменного самогона) и кое-что из тряпок. Все что бьется (компьютер, посуда, бабушкин подарок – японский сервиз) разместили в салоне. Кроме того сзади с нами поехали банки с варением, соленьями и вином. Я умолял маму оставить их дома, но разве можно переспорить мать, которая уверена в своей правоте?

Ехали мы очень весело. Оля сначала сидела на пассажирском сидении, но это продолжалось не долго, пока не закончилась ровная дорога. В 15 километрах от Кемерово начались проблемы. Ухабы сменяли друг друга через каждые 200 метров. Посуда звенела, банки с соленьями-вареньями периодически пытались разбиться, монитор опасно побрякивал. В итоге нам пришлось остановиться и переложить вещи. Оля села сзади и контролировала все бьющиеся предметы там. Спереди на пассажирском сидении навалили то, что наименее подвержено разбиванию. Так мы мучились до Кабаркуля, есть такой небольшой поселок, который живет за счет дальнобойщиков, останавливающихся на постой, ремонт и ночлег. В кафе «Минутка» мы поужинали, там же выслушали смешки посетителей насчет красного ретро-кара (это был мой москвич). При кафе есть гостиница. По международной классификации ей бы дали одну звезду. Там мы остановились на ночь.

Утром был решено, что дальше так ехать мы не сможем. Мы преодолели всего лишь 820 километров пути и нам уже все надоело. Впереди было еще две с половиной тысячи. Первым делом было решено разгрузить Ольгу, чтобы ей не приходилось держать руками и ногами всякие банки и склянки. Варенье, соленья и вино ушли за нормальную цену дальнобойщикам, да простит меня мама. Совершенно случайно мы еще смогли продать старую лампу, которую я давно хотел выкинуть, но почему-то взял с собой. Так же с молотка ушел жутко неудобный при транспортировке барельеф. Я его снял со стены у себя в комнате, он был в виде двуглавого орла – герба России. Барельеф купил пузатый дальнобойщик, он отдал за него 8 тысяч рублей. Когда-то я притащил это произведение искусства домой с улицы за бесплатно, его хотели видимо выкинуть, но рука не поднялась бросать барельеф в мусорный бак, поэтому «орла» поставили на видное место, уперев в дерево. Помню мама тогда обзывала меня бомжем, за то, что я принес его домой и повесил на стену.

Разгрузив «Ишака» мы заметно повеселили. Ехать было куда комфортнее, чем в предыдущий день, поэтому за сутки мы смогли преодолеть рекордные для себя 1243 километра. Для Москвича-412 – это выдающиеся показатели. Скажу больше, в этот день нам удавалось его разогнать до 105 км/ч. Мне кажется впервые красный москвич, 36 лет от роду, смог достичь таких скоростных показателей. Тридцать лет подряд этот многострадальный автомобиль ездил только по маршруту Дом-дача и иногда дом-рыбалка. Потом 6 лет он стоял в гараже, потому что никто кроме меня ездить на нем был не готов. А я, то в Томске на учебе, то в армии, то еще что-нибудь. В общем, этот переезд для автомобиля было как боевое крещение, впервые за 36 лет.

По дороге у нас один раз пробило колесо, но благо была запаска, так что останавливались мы ненадолго. В итоге за четыре дня три с половиной тысячи километров на старом москвиче были преодолены. В Краснокаменск мы въехали, как победители ралли ретро-каров. Примечательно, что первые дни во дворе местные мальчишки фотографировались с москвичом. Потом пыл у них поугас. Через 3 года, аккурат перед кризисом, я купил себе Хонду Прелюд, а «Ишака» перегнал на пустырь за домом. На дворе август 2012-го, вот уже четыре года этот автомобиль не то чтобы не заводил, не открывал. Москвич пока не потерял еще товарный вид, так, что если кто-нибудь хочет 43-летний раритет на колесах – милости прошу, обращайтесь.

Я не рассказал вам, откуда у нас с Олей квартира. Сразу после переезда я устроился в Приаргунское производственное горно-химическое объединение. Разумеется не добытчиком. Я единственный мужчина в отделе маркетинга. Наше предприятие помогает молодым сотрудникам, особенно приезжим. Мне выдали хорошие подъемные, немного добавили родители Ольги, остальное – ипотека. Перед тем, как брать ипотеку и покупать жилплощадь мы сыграли свадьбу. Не смотря на удаленность от всего мира, к нам приехали мои родственники из Томска, Кемерово и Москвы. Свадьба у нас была в «Домисольке», том самом кафе, где мы с Олей и познакомились. Сейчас уже подрастает сынишка. Оля работает финансистом тоже на нашем предприятии. Слухам о том, что в Краснокаменске повышенная радиация, мы не верим. Регулярно производим замеры и проверяемся у врачей. Никаких болезней и патологий. Видимо это злые языки наговаривают. На природе, вокруг города, вредные добывающие производства никак не сказываются. Настоящая сибирская тайга. Регулярно туда мы с тестем и Стасом, братом Ольги, ходим на охоту. Бьем зайца и козу.

Признаюсь, что о такой жизни на стыке города и деревни я мечтал всю жизнь. Хочешь лес – пожалуйста. Не хочешь топить печку – не надо, есть и газ, и холодное водоснабжение, и горячее водоснабжение, и, разумеется, электричество. Дома в Краснокаменске полностью благоустроенные. Есть все магазины. В продуктах питания мы точно не нуждаемся. Много продуктов привозят на рынок частники. Они говорят, что у них только натуральные продукты. Им есть основание верить, поскольку пестицидов и всяких вредных удобрений у нас не достанешь просто так. Я пытался, хотел на огороде Олиных родителей истребить вдоль тротуара противную сорняковую траву. Ничего не удалось. В магазинах просто разводили руками в ответ на мой вопрос.

Одежду, мебель, бытовую и компьютерную технику можно купить в Краснокаменске в местных магазинах. Единственной точкой продаж оргтехники – магазином «Компьютерный рай», владеет мой армейский товарищ Сережа. Так что стоит нам что-нибудь захотеть, чего нет в ассортименте «Рая», так нам это привезут домой и продадут по оптовой цене. За одеждой и мебелью мы ездим сами, в Читу или Кызыл. На самом деле отсутствие крупных торговых центров под боком – это даже благо. Для нас до сих пор поход в магазин – это праздник, к которому мы готовимся обычно полгода. Согласно установленному порядку в Читу мы едем в апреле, покупать вещи к лету, а в Кызыл – в октябре, покупать на зиму. Мебель заказываем из каталогов.  Ее нам доставляют по железной дороге. Жить можно. Старшие товарищи говорят, что в местных школах (их всего 5, две физико-математические, две простые и одна гуманитарная) работают хорошие педагоги, так что за среднее образование детей можно не переживать. А за высшим – в Читу поедут или в Москву, или в Томск, как я. В 18 лет уже взрослеть надо,  вот и будет у ребят шанс. К 2018 году, тем более, у нас построят аэропорт, поэтому деткам до Москвы будет даже быстрее добираться, чем в Читу.

Оставляйте большие города, прощайтесь с очередями и пробками. В России есть так много чудесных небольших поселений, с добрыми, внимательными и чуткими людьми. Здесь хорошие зарплаты и есть всё необходимое для жизни. Посмотрите, у нас в стране такие огромные территории пустуют. Разве так должно быть? Прощайтесь с мегаполисами. Приезжайте к нам! Например, в Краснокаменск!

Перейти в полный режим