Переезд из Воркуты в Тольятти

Город Воркута – это населенный пункт из разряда мифических. О нем слышали абсолютно все жители нашей страны, но бывали там только  единицы. Мне повезло в нем родиться. Родители тоже родились здесь, так что если бы я не переехал, то мои дети имели бы все основания называться коренными воркутинцами. По правде признаюсь, рассказывать о Воркуте мне приходилось каждый раз, когда я оказывался на Большой земле. Русский народ любит ушами. Постараюсь быть интересным и сейчас, опишу в подробностях Воркуту, наш быт и немного расскажу о том, что подвигло меня променять столицу Заполярья на Тольятти.

Воркута – город-призрак, он находится где-то на севере, куда не добраться на автомобиле, ходят только поезда и летают самолеты. Насчет автомобилей вообще разговор особый – эту тему мы затронем далее.

Воркута в переводе на русский означает «Место, где много медведей», а если переводить дословно, то «Медведеобильное».  Вы, сидя в своих теплых квартирах, и не представляете, как сказочно выглядит Воркута. На сотни, а может быть и тысячи километров вокруг города располагается огромная белая пустыня, и, вдруг, посреди этого безжизненного пространства вырастает крупный город. Сейчас в Воркуте проживает около 80 тысяч жителей, в лучшие годы доходило до 150 тысяч, но, как известно, русский север стремительно умирает.

Те, кто остался жить в Воркуте до сих пор – люди совершенно уникальные. В нас есть взрывная энергия, которая периодически выходит наружу. Я хоть уже почти три года живу в Самарской области, но считаю себя по-прежнему воркутинцем. В поездах о нас слагают легенды. Жители крупных южных городов мало перемещаются по стране. Мы же кочуем, как надо. Кто-то ездит в командировки, другие – к родственникам, родителям или детям.

Эти разноцветные девятиэтажки – фешенебельное жилье. Вообще все жилые дома в Воркуте красивые

Эти разноцветные девятиэтажки – фешенебельное жилье. Вообще все жилые дома в Воркуте красивые

Байки о воркутинцах слагают проводники, которым мы хуже горькой редьки. Наверное, все это предрассудки.  Один товарищ, например, рассказывал мне, что у воркутинцев совсем нет тормозов. Будь то работа, выпивка, азартные игры, спор. Согласиться сложно, а опровергнуть не получается. Мы выросли и живем в сложных жизненных условиях. Климат – вот наша главная беда. Приезжие считают, что Воркута криминализирована до ужаса, но это не правда. Ни у меня, ни у моих близких проблем с представителями мира теней никогда не было. Может быть и правда городом правят воры, но поверьте мне, от современных политиков они абсолютно ничем не отличаются.

По площади Воркута очень мала, собственно говоря, всего одна улица, да переулки. Что слева, что справа от города – тундра, да заброшенные промышленные зоны. Кое-где у города там еще теплится слабая жизнь, но в основном все отдано на откуп волкам.  В тундре их достаточно много.

При первом взгляде на город, кажется, что машин здесь много, это обман, большинство автомобилей постоянно стоят на обочине и редко куда ездят. Дело в том, что дорог из города нет. Примерно в пятидесяти километрах от Воркуты все транспортные артерии прерываются. Даже «зимника» никакого толком нет, в 2010 году сделали дорогу, но проехать по ней можно только на специальной технике, легковушка не пройдет. До Сосногорска можно отвезти автомобиль на железнодорожной платформе, а дальше уже отправится своим ходом.

Как я понимаю, такая социальная реклама на зданиях свойственна только северным городам, на Большой земле подобные проявления искусства встретить сложно. Кстати, обратите внимание на автопарк. В городе много отечественных автомобилей

Как я понимаю, такая социальная реклама на зданиях свойственна только северным городам, на Большой земле подобные проявления искусства встретить сложно. Кстати, обратите внимание на автопарк. В городе много отечественных автомобилей

Мой отец в 88-м году, когда мне было 12 лет, зачем-то приобрел 24-ю Волгу, по тем временам это был шикарный автомобиль, и папа отдал за него много денег,  но прока от этой покупки не было никакого. Машина большую часть времени так просто и простояла у дома. Сначала, правда, отец на ней гарцевал, то в булочную съездит, то на работу, потом старший брат кругами по Воркуте возил девчонок, затем и мое время настало. Автомобиль в Воркуте абсолютно не нужен, поскольку зимой завести его очень сложно, а держать постоянно работающим – накладно. В итоге и ездим только летом, а оно очень короткое.

Обладателей теплых боксов-гаражей счастливчиками тоже не назовешь. В Воркуте властвует пурга, дороги заметает в лет, да и видимость из-за снега плохая, можно влететь куда-нибудь, а потом три месяца ждать, когда с большой земли какую-нибудь деталь привезут. Дороги в Воркуте чистят плохо, поэтому снег, чаще всего, просто утрамбовывается, представляя собой разбитую снежную дорогу, трясет на ней так же сильно, как на трассе Париж-Дакар.

С растительностью в Воркуте тоже беда – деревья и кусты очень скудные, их мало и большую часть города деревья стоят голыми, палками торчат из земли. Всему виной – вечная мерзлота.  Мерзлота осложняет строительство – пятиэтажки имеют свайный фундамент, конечно, выглядят они не как в Якутске, избушки на курьих ножках, а прикрываются плитами, то есть внешними стенами. Очень любопытно выглядят высотные дома на бульваре Пищевиков. Здесь живет Воркутинская элита, поскольку на верхних этажах раньше заканчивается полярная ночь. Окончания полярной ночи здесь ждут так же, как мусульмане окончания Рамадана.

Эти разноцветные девятиэтажки – фешенебельное жилье. Вообще все жилые дома в Воркуте красивые

Эти разноцветные девятиэтажки – фешенебельное жилье. Вообще все жилые дома в Воркуте красивые

Сам бульвар Пищевиков проходит параллельно промышленной зоне и улице Ленина, располагаясь как бы на окраине города.

Кстати, о полярной зиме — Воркута южнее Мурманска. Город-порт располагается на 69 параллели, а Воркута на 67. Визуально, без обращения к атласу, можно составить неверное впечатление, что наш город гораздо севернее самого теплого города русского Заполярья. Такие вот северные метаморфозы. Раз уж у нас зашел разговор о географии, то не упомянуть о том, что Воркута – это самый восточный город Европы я просто не могу.

Зимой в Воркуте мороз стоит страшный. Сорока градусами ниже нуля никого не удивишь и не напугаешь, в такую погоду даже дети ходят гулять на улицу и не морщатся. Мне сложно судить о том, как люди привыкают к воркутинской зиме. В Тольятти я зимы вообще не почувствовал. Люди, которые переезжали в Воркуту при мне, говорили, что на третий-четвертый год зима становится привычной. Но не холодами страшна Воркута – пургой. Пусть морозы стоят до мая – это пережить можно. Пургу не переживешь. В представлении человека с большой Земли, пурга – это интенсивная метель. Так-то оно так, но представления об интенсивности у нас разные. В Воркуте может мести несколько дней подряд. За это время снега наваливает столько, что окон первого этажа вообще не видно, дорог нет, а единственным транспортом становится вездеход. Во время Пурги не летают вертолеты, главный мобильный транспорт русского севера.

Вот так может завалить после метели

Вот так может завалить после метели

Я затрудняюсь сказать кто конкретно, но когда я был еще школьником, год на дворе тогда стоял 89-90-й, у нас в снегах застряла какая-то большая шишка из Москвы. Тогда наши воркутинские шахтеры, в том числе и мой отец, стали бастовать, разумеется, уголь отгружать перестали и где-то там на континенте случился энергетический коллапс. Шутка ли, вся страна питается от ТЭЦ, альтернативные источники электроэнергии развиты плохо, вот и встала Россия в интересную позу, когда наши шахтеры вздумали взбунтоваться. Успокаивать их приехал не кто-то там, а, по-моему, министр энергетики. Прилетел он на вертолете, выступал перед трудовым коллективом, обещал блага разные. Работники с ним согласились, министр провел ужин с руководством и остался на три дня в городе. Начало мести страшно. Можно было бы выбраться по железной дороге, но и там произошла какая-то проблема. Вот такая история. Наверное, страшно мужичку было. Слава то о городе дурная.

Вообще, видные государственные деятели в Воркуту заглядывали редко, в основном в лагеря. Здесь до 60-х годов существовал Воркутлаг, заключенных была просто тьма. Они в основном и работали на шахтах. Одним из таких ссыльных был мой дед, который раньше работал в Луганске. В лагерь он угодил по глупости, за пьянку и дебош. Тогда таких, как он, бросали, но бабушка поехала за ним следом.  Такая вот любовь, после амнистии дед с бабушкой решили не возвращаться на Украину, а остались здесь. Там они стали бы изгоями, может быть, пальцем кто-то бы показывал, а в Воркуте все были с рыльцем в пушку, как говорят.

Уголь

Вообще именно уголь стал причиной основания Воркуты. Новое советское государство стало рыскать по северу в поиске полезных ископаемых, жить на что-то надо было, а работать и развивать технологии никто не хотел. Да и для собственных нужд, стране был нужен уголь. В 30-х годах, точной даты не назову, на месте современной Воркуты появилась стоянка геологов, они то и обнаружили угольный разрез. Чуть позже здесь стали строить шахтерские поселки. Все они возведены руками заключенных.

Воркуты без угля просто бы не было

Воркуты без угля просто бы не было

Воркуталаг рос, как на дрожжах. Одновременно в нем работали более 70 тысяч заключенных, прибавьте сюда еще надзирателей и вольно наемный персонал, масштабы превосходят нынешнее положение дел. Такие вот были годы.  Воркутинский уголь сыграл огромную роль в Великой Отечественной Войне. В те года Москва и Ленинград целиком и полностью зависели от сырья из Украины. Когда Донецк прибрали к рукам немцы, поставки угля прекратились, а на носу была зима. В столицах она, конечно же, не такая суровая, как на севере, но топить все равно надо. Тут на помощь как раз и пришло воркутинское черное золото.  Благо к тому времени уже успели построить железную дорогу и наладить по ней движение.

В 1943 году Воркута наконец-то стала городом. Сам Воркуталаг прекратил свое существование к 1960. Часть заключенных вернулось домой, кто-то, как мой дед, остался работать здесь. Сюда стали присылать выпускников вуза. Ехали всякие энтузиасты, строители, геологи, шахтеры. Я в те времена еще не жил, но догадываюсь, что народ был интересным. Воркута далека от Москвы, а, значит, и от советской власти, поэтому свободомыслящих интересных людей здесь хватало.

В лучшие годы близ Воркуты работало 13 шахт, выросла цепочка поселков, которые стали именовать «Воркутинским кольцом». В 90-е годы энергетики стали считать деньги, и отказываться от воркутинского угля в пользу кузбасского, экибастуского и донецкого. Из 13 шахт осталось только пять. Около половины жителей города перебралось на большую землю. Кто-то скажет, что Воркутауголь пришла в упадок. На самом деле просто кончилась эпоха изобилия. Здесь у нас добывается четверть всех коксующих углей России. Без воркутинского угля не могла бы существовать Северсталь, промышленный гигант русского севера. Сейчас, кстати, Северсталь выкупила Воркутууголь и является ее единственной собственницей.

Отец мой, в 90-е годы, чудом не попал под волну сокращений и удержался на работе. Так бы нам тоже пришлось уехать, потому что другой работы шахтер в Воркуте не найдет. Можно, конечно, пойти торговцем на рынок или охранником, но это уже совсем не то.

К углю, кстати, до сих пор в Воркуте относятся очень требовательно. Об этом говорит, хотя бы, социальная реклама, которой очень много на улицах. Посмотрите сами.  Кроме угля эта реклама еще славит свой город и Олимпиаду. Понятно, что все проплачено, но от того не менее приятно.

Вообще дети, к сожалению, мечтают быть хакерами и реперами, но власть верит, что шахтерами

Вообще дети, к сожалению, мечтают быть хакерами и реперами, но власть верит, что шахтерами

Современная Воркута

Сейчас Северная Коми, где как раз находится Воркута, переживает вторую молодость. После запустения 90-х и первой половины нулевых, сюда вновь пришла работа. Начали строительство газопровода Ухта-Ямал. Дело это нешуточное и требует огромных ресурсов. В Воркуте, когда мы переезжали в 2010 году, вновь в большом количестве появились вахтовые «Уралы» с пассажирским кузовом, которые способны перемещаться по северному бездорожью и возить рабочих. В них ездят как раз строители газопровода.

Вообще бытует мнение, что эта стройка такое же отмывание денег, как и Олимпиада, Чемпионат Мира по футболу, саммит АТЭС и многое другое. Нет у нас в стране позитивного мышления относительно перемен. Везде чудятся воры и преступники.

В Тольятти меня каждый раз, когда я говорю, что из Воркуты, спрашивают, а, правда, что у вас там одни бандиты. На это я всегда отвечаю: «Ага, одни бандиты были и я, но я переехал, преступники теперь наедине с собой остались».

Конечно, Воркута несколько не успевает за временем, например реклама по радио здесь напоминает самодеятельность или квн, такая во всей стране была лет двадцать назад. На весь город, например, всего две гостиницы, где места надо бронировать заранее, а то рискуешь с носом остаться. Встречаются еще «братки на джипах». Когда-нибудь и эти атавизмы уйдут в прошлое. Я очень рассчитываю посетить Воркуту лет через 5-7 и тогда еще раз напишу вам свои впечатления, как она изменилась за это время.

Надеюсь, к тому времени в Воркуте исчезнут брошенные дома. Эти самые никому ненужные строения очень интересно выглядят зимой. Выбитые окна мигом заполняются снегом, стоит пройти первой пурге. Выглядит жутковато. Снег заполняет собой почти все пространство квартиры и отнимает тепло у соседей.

ЖКХ в Воркуте дороже в три-четыре раза, чем на Большой Земле, поэтому, как только дом пустеет наполовину, его сразу же расселяют и отключают от коммуникаций. За несколько зимних недель дом промерзает, внутри  него образуются ледяные сталактиты. Вернуть к жизни такое здание уже проблемно. Хотя, наверное, никто и не пытался. Нужды такой просто не было.

Вообще, в Воркуте жизнь и смерть соседствуют достаточно плотно. Все жилые дома выглядят очень хорошо, заброшенные на их фоне напоминают о том, что в городе не так все радужно. Недвижимость, в Воркуте, очень дешевая. Однокомнатная квартира будет стоить тысяч от трехсот рублей. За миллион можно купить отличнейшую трехкомнатную квартиру, правда, в хрущевке.

Пятиэтажные дома занимают большую часть жилого фонда Воркуты. Перед переездом мы свою трехкомнатную на улице Дончука отдали вообще за 570 тысяч рублей. Можно было продать, минимум, за 800, но деньги нужны были срочно, а возиться вообще не хотелось. Вообще удача, что продать смогли. В Воркуте проблем с жильем нет. При средней зарплате тысяч в 60 рублей, накопить на жилплощадь проблемы не составляет. Менеджерам и инженерам ехать в Воркуту, большого смысла нет, заработки у них здесь будут ниже, чем у представителей рабочих профессий. Машинисты, например, смогут получать тысяч 60, водители примерно столько же.

Немножко о себе любимом

Хватит о городе, расскажу, наконец, немного о себе. Родился я в Воркуте, в детский сад не ходил, учился в 23-й школе, был общительным и позитивным мальчиком. Большинство одноклассников уехали с семьями еще до окончания школы. Тогда как раз прикрыли шахты, и люди не смогли найти себе новую работу. Окончив школу, я переехал  на время в Сыктывкар, в политехнический техникум. Особого смысла в этом образовании не было. На севере можно отлично зарабатывать, трудясь водителем. Мама требовала, чтобы я окончил хотя бы техникум. Говорила, что «с корочкой» у человека есть уверенность в жизни. Не знаю, какую за полярным кругом уверенность дает картонный документ, но три года в техникуме я провел без особого энтузиазма. Уверенность  дает осознание того, что ты нормальный человек, всякие сомнительные личности здесь плохо уживаются, только крепкие телом и духом.

В техникуме учился я плохо, много прогуливал. Единственный плюс – подтянул общение с женщинами. Чуть было там не женился, но в дело вмешалась армия, после которой меня ждать не собирались.  Отслужив два года в Саратовской области, можно сказать, на юге, я вернулся в Воркуту, где устроился водителем на самосвал, не зря же два года баранку крутил. Так и проработал вплоть до 2010 года. У водителей особого карьерного роста нет, разве что в заведующие гаражом, но мне такой перспективы не светило. За это время ушли родители, я обзавелся семьей, у нас родилась дочка. По правде сказать, меня и в Сыктывкаре все устраивало, но такой жизни, как у нас дочке мы не желали. Потому и перебрались южнее, чтобы она свою жизнь нормально смогла устроить. На север можно ездить на заработки, но жить здесь не особо интересно.

Переезд

С детства отец мне говорил: «Где родился, там и пригодился». Наверное, именно поэтому он всю жизнь свою прожил в Воркуте, раз в год выбираясь на море или в Москву. В советские времена шахтеры на севере получали прилично, поэтому и в Ялте, и в столице можно было позволить себе пошиковать.

Я, как отец, тоже бы прожил всю жизнь в своем родном городе. Мне много не надо – фильмы сейчас из интернета можно скачивать, в Воркуте он хоть не такой быстрый, как на Большой земле, но все равно есть. А кроме фильмов и общения с людьми особых интересов у меня нет. Благо, в Воркуте каждого второго жителя в лицо знал, город-то маленький.

Инициатива переезда исходила от жены. Она у меня непоседливая. Все подбивала в Москву перебраться. Без особого энтузиазма мы ездили даже смотреть столицу, и приценяться к квартирам. Средств на покупку своего жилья в Москве у нас не было, деньжат не хватало, а снимать – не того мы склада люди, чтобы по чужим углам ошиваться. Северяне они все основательные.

Подмосковье уже доступнее, но с работой там не так здорово, как в столице, а каждый день мотаться несколько часов в транспорте – сомнительная перспектива. Далее мы рассматривали Казань и Краснодар. В эти города мы не ездили, почитали просто отзывы в интернете, посмотрели фотографии, не очень понравилось.  О Тольятти вообще сначала не думали, но там живет старшая сестра жены и еще много всяких родственников.

Переезд наметили на тот момент, когда дочка Катя окончит четыре класса, то есть начальную школу, чтобы ребенку было легче адаптироваться в новом учебном заведениеи. Все накопления мы обналичили и купили на эти деньги квартиру, у бассейна Олимп, в девятиэтажном доме, в трех минутах ходьбы он набережной Волги. Рядом столько детских садов и школ, сколько во всей Воркуте.

Вообще Тольятти – это самый большой город в России, не являющийся областным центром. Здесь прямо чувствуется ритм большого города. Может быть, вы сейчас надо мной смеетесь, но обилие людей летом на набережной меня первое время пугало. Собственно, как и сама набережная. Здесь набережная, как ривьера, летом на ней, в летних кафе собирается весь город. Из машин играет музыка, и люди отдыхают. Это удивительно. У нас лето полтора месяца, а в Тольятти полгода. Да и зима гораздо мягче, как у нас конец апреля.

Вообще из всего города мне, человеку неискушенному, больше всего понравился Автозаводский район. Это настоящий Лас-Вегас. Там столько ночных клубов, кинотеатров и баров, что просто глаза разбегаются. Пьяным там заблудится легко, район разделен на кварталы, который расположены не подряд, а в порядке застройки. Кроме, наверное, самых новых кварталов – с 18-го по 21-й. Там я пару раз терялся так сильно, что приходилось ловить на дороге такси и просить отвезти меня в нужное место.

В интернете про Тольятти много написано, я особо повторяться не хочу, если захотите – почитаете сами, может вообще многие из вас там были, тогда мне и рассказывать нечего, все равно не удивлю.

Тольятти хоть город классный, но переезжать в него было сложно. Наверное, любой переезд не легок. Много якорей осталось в Воркуте. От отца осталась волга, которую продать не удалось, удалось лишь подарить, получив взамен скромный подарок. Вещи никакие продать, тоже не удалось. Все приличное разошлось по друзьям и знакомым. Я думал, что и квартиру продать не сможем, но благо, что в нашем доме не было ни одной брошенной квартиры, так бы вообще надеяться было не на что.

Девочки в итоге уехали в июне, а я остался до сентября, рассчитывая на то, что найду покупателя. Найти сразу никого я не смог, и уехал, оставив квартиру на лучшего друга. В 2011 году в город уже стали потихоньку съезжать строители и геологи, разрабатывать трассу для будущего трубопровода. За бесценок они у меня жилище и приобрели. Сейчас в ней живут командировочные люди, меняются постоянно. Мы всю мебель оставили. Друзья забрали только один из телевизоров, стиральную машину, масляный обогреватель и два кресла. Чтобы оформить сделку по продаже недвижимости, надо было бы лично ехать в Воркуту, но хорошо, что я оставил генеральную доверенность товарищу и поэтому мы без всяких беспокойств получили деньги и купили на них машину.

В Тольятти, в отличие от Воркуты, автомобиль очень нужен. На рыбалочку можно съездить, в Самару в магазины, просто по делам, или на шашлыки. Здесь, на большой Земле, мы открываем для себя новый мир и новую жизнь, которой на севере у нас не было.

Выводы

Воркута – столица мира. Если покопаться в генеалогических древах местных жителей, то можно написать ни одну книгу. Удивительный город с удивительными людьми. Такое понять можно только на расстоянии. Большинство разговоров у нас там было только на тему родственников, кто у кого, где живет, где кто жил и тому подобное. В моих кругах все знали свою историю колена до пятого.

Кроме своей истории, у жителей севера ничего нет. Недвижимость здесь ценится слабо, автомобили тоже особо не нужны. Дорогими часами никого не удивишь – ценности у людей другие. Воркутинцы – особый народ, одновременно и замкнутый, и отзывчивый. Я бы сказал, что справедливый. Кто-то упрекает нас во вспыльчивости, но назвать недружелюбными не может никто. Если бы общались с северянами, то знаете, что те, если надо, последнюю рубашку отдадут.  Мне кажется, что северяне более сплоченные, мы все противостоим природе, а на юге противостоять некому, поэтому соседи по лестничной клетке, зачастую, даже друг друга не знают.

Иногда, во сне, я возвращаюсь в свою родную Воркуту, город моего детства. Туда очень хочется вернуться, просто, наверное, потому, что там прошли лучшие годы.

Перейти в полный режим